Название: ПЛАНЕТОЛОГИ
Автор: Shai-hulud_16
Фэндом: EVE Online
Персонажи: ОМП, ОЖП
Автор оригинала: CCP Games
Жанры: Гет, Фантастика, Романтика, Экшен
Статус: закончен
Размер: Миди
Рейтинг: R

Тёплый проливной дождь лил на заржавленную броню, сочился в пустые отсеки кораблей, уходил в трещины между расколотых бетонных плит. Бесконечное лётное поле заброшенного космодрома было пустынно. Сгнившие до полного единообразия остовы кораблей, скелеты стартовых столов, бетонные коробки вымерших терминалов казались останками какого-то большого животного – всё одинаково серое, мёртвое и мокрое.
Так бывает иногда. Живёшь ты в земляной крытой яме, а всего в трёх прыжках горят неоновые лампы, там весёлые и беспечные а главное - сказочно богатые по сравнению с тобой люди покупают красивые но бесполезные вещи, радостно смеются подставляясь восхищённым глазам телекамер. В трёх, недостижимо далёких прыжках.
Говорят, когда нет технологий, мир кажется больше. Если тебе повезло быть капсулиром – можно сесть на пылящийся в углу ангара звездолёт-игрушку и пересечь галактику Эдем из конца в конец – от гудящего распутством и молитвами Города Бога и до молчащей жути Джовианских владений. И уйдёт на это всего каких-то два часа.
Мой мир - огромен.

...Так вот, человек, конечно же, хочет выбраться из земляной ямы. И, поскольку слева-справа унылая пустошь, смотрит на звёзды. Из грязи и глины, из обломков делает науку и технологии. Из чумазых крестьян вырастают покорители космоса. Попутно, как бы между делом они строят города с горячей водой и канализацией. И вот человек думает, что его вот-вот зауважают Они.
И тогда Они приходят. Цивилизованные люди.

Как известно всем, цивилизованный человек – это тот, кто никогда не размахивает пушкой и не угрожает. Всё потому, что вся Вселенная в курсе, что пушка у него есть. А ещё потому, что истинно цивилизованный человек всегда нападает без объявления войны.
Потом бывает много огня и крови, героизма и воровства, обид, самопожертвований и постыдных сделок. Ну, то что называется войной. И вдруг всё стихает, и ты обнаруживаешь себя снова в земляной яме, накрытой обломками технических чудес, гниющих до неразличимости под осенним дождём. Такова была типичная судьба, в том числе, и этой планеты.

В моём случае, я живу в домике, устроенном из обломков самого настоящего шаттла.
Дыры в его обшивке аккуратно залатаны крашеными досками, из самой крупной пробоины в крыше торчит дымовая труба. Знаменитый колорит «Минматарский сельский», мда. Когда из нового космопорта в пятнадцати километрах стартует баржа, доверху налитая бактериальной массой, отслоившиеся листы обшивки начинают дребезжать. Зимой снег наваливает до чудом уцелевших обзорных стёкол, и вьюга начинает завывать внутри того, что когда-то было двигателями. Тогда может показаться, что кораблик снова летит.
На разбитом космодроме, кроме меня, никто не живёт. При всём их сельском, так сказать, образовании, про радиацию, на местном жаргоне называемую «Не-стой», здесь все знают очень хорошо. И наоборот, только я знаю, что вот в этом конкретном шаттле радиации нет. Реактор случайно был в ремонте, когда на космодром упали кластерные снаряды Империи.
И к тому же, я ведь тоже цивилизованный человек, у меня к ней иммунитет.

Местные странным меня считают. С тех самых пор как я спустился со звёзд. В первую очередь, наверное, именно потому что вернулся.

Но кто им механизм починит? Кто выломает из разбитого лайнера, или истребителя, или из обслуживающих механизмов под зданием терминала двигатель или топливный элемент и подключит, да так, чтобы он не оторвал руки? Только я. Дипломированный механик третьей статьи, сэр, с сертификатом на обслуживание капсульного корабля, заметьте. Хотя вообще-то, это подработка от скуки.

Работу я потерял при очень драматических обстоятельствах. Была, если она заслуживает этого слова, операция по снятию блокады с малой станции - "палки". Никому не нужная операция, добавлю - те парни даже не были официальными союзниками. Но кто-то с кем-то о чём-то договорился, и видимо, получил некую выгоду. За эту выгоду через два часа полегли тысячи людей и корпоративные корабли на сумму в несколько раз большую.
Осаждающих оказалось слишком уж много, а мы, как мне потом сообщили ребята из пушечной обслуги, не смогли даже толком сфокусировать на одной цели огонь. Беспорядочная куча кораблей отступила вглубь, к защитным полям станции, и те, у кого был обзорный экран, смотрели, как догорает у самой границы поля не успевший уползти авианосец. А остальные просто слышали его тысячеголосый отчаянный зов по внутренней связи. Радужные поля - "пробок" с двух сторон перекрыли поле – нас не собирались выпускать живыми, и тогда наш капитан, наконец, включил мозги. Кто ему, отродясь не летавшему на кораблях электронного подавления, доверил "Скорпиона", теперь уже и не узнать. Но вместо того, чтобы отключить вражеский логист, он попытался давить артиллерию. Плохая была идея, капитан, плохая.
Зато драпать он умел, как никто другой.

Ну и оттопили мы значит, вниз, в последний, не более километра шириной, просвет не перекрытый ловчими радужными сферами. За минуты до падения щита, почти кожей ощущая, как сходятся на корабле прицельные рамки, мы ушли на запасную точку сбора. И уже там слушали, как горят один за другие карриеры - по полторы тысячи матросов на каждом. Один, два, пять… Все. Из крупных кораблей многочисленного флота на точку сбора пришло только два линкора, включая наш.
Больше операций не было, такие альянсы долго не живут. Мы, корпорация то есть, собрали пожитки и свалили в цивилизацию. Но на мирном строительстве-то экипажа надо самый минимум.
Мне, как ветерану, предложили халявную работу – планетолога. Тем более, что планета была минматарской.

***************************************************************************

Потому-то я комфортно, по сравнению со штатной палаткой или местной хижиной-клоповником, живу в разбитом шаттле, раз в две недели запуская разведзонды, и нагружая слабенькую местную интерсвязь кинцом. Потом, наверное, и коттедж здесь построю.
Отдалённый гром заставил дребезжать посуду на капитанском пульте, заменявшем мне стол. Эта баржа прошла низко, и в неурочное время. И вообще это не баржа!
Я подбежал, выглянул в люк. На разбитую и загаженную полосу заходил на посадку невозможно чистый и новый фрегат.
Гладкие, жирно блестящие металлические бока – галлентский.

Технический стиль расы ни с чем не спутаешь. Наша, минматарская техника математически (да, у нас когда-то были свои математики!) безупречна, но её изящество не всем давно понять – и конечно, даже дети знают, что она не ржавая, это просто сплав такого цвета. Ну, почти всегда.
Раса Калдари – бизнесмены, им бы отбить вложения, но и инженерам тоже неохота тратить лишнее время – потому даже скоростные истребители выглядят у них угловатыми слитками чугуна.
Джовианские и саньшевские корабли просто напрочь долбанутые и безумные, как и их хозяева.
Враги, которых на матарских планетах иначе чем врагами не называют, стараются заявить о себе как можно ярче и громче, наваривая золотые обтекатели поверх наших же украденных конструкций.

А вот Галленты как раз любят всё округлое, обтекаемое и гладкое.
Я прищурил глаза – выхлоп посадочных двигателей гнал мелкий мусор вдоль бетонной полосы.
Блестящие металлические бока посреди всеобщего запустения смотрелись как-то очень инопланетно, и даже вызывали неосознанную тревогу. Я, наконец, рассмотрел эмблему на боку. Эмпайр Майнинг. Ага.
Это была скромная, (если это слово можно применить к бессмертным питлотам-капсулирам), промышленная корпорация. Рудокопы, строители кораблей, а самое главное - планетарщики. Значит, хотят добывать бактерий - тоже.
Почему сели прямо на голову? - так я же сижу на самой удобной посадочной площадке посреди самого жирного месторождения микроорганизмов. Где им ещё сесть, конкурентам.

«Кофе! Нерастворимый!» - подумал я. Вылез, аккуратно подпёр люк шаттла палкой и почесал к пассажирскому люку гостя. Где он находится я, как механик, представлял очень хорошо.

Лихо свистнув пневматикой, от борта отделился трап, заодно служивший внешней негерметичной крышкой люка. Сейчас, подумал я, появятся, придурки городские.
Появившееся в проёме существо было подозрительно небольшого для человека роста. Оно попыталось величественно спуститься по крутой узкой лесенке, поскользулось, испуганно взвизгнуло и упало прямо ко мне в руки. Я поймал, и странно знакомое ощущение в руке сказало мне, что оно…
Ага. Я поставил девушку на ноги и смущённо убрал руки за спину. Совсем тут одичать можно.

Инопланетное существо звали мадемуазель Пакконен, и она, как я и думал, была планетологом, по приказу хозяина-капсулира расставлявшим детекторы ценных микроорганизмов.
Кофе у неё был, какой же галлент без кофе? Сидя на пороге своего шаттла, я наблюдал, как деловитые, новенькие и очень-очень дорогие походно-бытовые роботы выгружают бактериологические зонды и готовят для них пусковую установку. Столько денег угрохали, думал я, катая в руках горячую пластиковую чашку.
Ракеты, антигравы, человек вон специально обученный. А всего-то надо для точной разведки, болотные сапоги, и малый планетранспорт. И ещё я. Одно слово – гедонисты.
На следующий день у гедонистов начались проблемы. Мадемуазель вышла донельзя злая, выгрузила из фрегата красивую блестящую авиетку и улетела. Отсутствовала полдня и вернулась озадаченной.
На второй день она снова запускала пробники, на мой взгляд – уже излишние.
На третий – ругалась и плакала, я подслушал её возле оставленного открытым люка.
На четвёртый - пришла в гости.

У неё пропали датчики, почти половина из них. С неё ждали данные, чтобы выбрать место сброса автоматической фабрики, а данных не было. И новых датчиков тоже.
Я предложил срисовать «усреднено-усреднённые» данные с потолка - или хотя бы со справочника. Она от возмущения даже дала мне пощёчину и немедленно начала извинятся. Даже хотела аптечку принести, но я мужественно страдал.

Что произошло с её датчиками, я примерно догадывался. Мои пробники, устройства простые и надёжные, закапывались лопатой в грунт, наружу выводились только тонкие прозрачные трубки, невидимые в траве. Её – распускали в полёте паутину из экологичного пластика, и повисали на кронах деревьев как паучьи гнёзда. Да к тому же, они обрабатывались декамуфляжной краской. И опрыскивались ядрёным защитным одоратором от случайных детей и любопытныз зверушек. Чёрта с два, короче не заметишь. Дорогие устройства, набитые универсальной электроникой, полезными в хозяйстве реактивами, а главное – поистине бесценными элементами питания. И она использовала их в районе, который только на карте значился как «Необитаемый».
Я тяжело вздохнул, и сделал мадемуазель очень неприличное предложение.

…Оно заключалось в том, что она "совершенно случайно" подсмотрит, как я работаю с пультом, и спишет (руками!) показания моих зондов. Никаких подозрительных манипуляций с наглухо запаянным, не имеющим стандартных интерфейсов оборудованием.
Как она очаровательно покраснела! И согласилась.
Так начались наши совместные вечера. Я узнал всю секретную подноготную её корпорации (судя по всему, она была ценным специалистом – хозяева доверяли ей даже разметку промышленной застройки). Я сам, в свою очередь, рассказывал, про геройскую службу в беззаконных окраинных регионах на линкоре. Приукрашивал, да чего уж там - врал напропалую. А вы бы не стали?

Пока деревенские жители вдруг не перестали ходить с просьбой о ремонте.

***************************************************************************

Я возвращался с плановой ежедневной проверки, когда услышал удары металлом по металлу, и громкие крики.
- Змеюка! Убийца!
- Ломай! Долби!
На стоянке весело полыхал мой шаттл, а толпа с факелами пыталась вскрыть подручными средствами дверь фрегата. У них, конечно, хватило ума первым делом испортить маневровые двигатели и разбить кожух устройства связи. Но прочная броня корабля держала удары нехитрого сельхозинструмента.

А ведь работать нам теперь не дадут. Не привлекая внимания, я прокрался к неприметной сараюхе, скрытой среди обломков, где хранился слишком громоздкий для шаттла пульт управления зондами. В нём, на всякий случай, присутствовал канал связи с полицией.
Аварийный сигнал ввинтился в пространство, мне теперь осталось только ждать и не попадаться на глаза. Я занял позицию в развалинах космодромной диспетчерской и стал наблюдать. Похоже, деревенские собирались развести под кораблём костёр. И как по их мнению, корабль бы входил в атмосферу без термозащиты, а? До акого же бескультурья народ довели! Вот противотанковый лазер им бы ещё, может, помог.
Из пьяных криков я постепенно понял, что деревенские пытались приспособить дорогие стерильные микрофильтры пробников для очистки пищевого продукта. Ну да, я этот "продукт" пробовал. В неочищенном виде он оскорблял своим существованием химические элементы, из которых состоял.
Но остатки сложных препаратов в комбинации с и так ядовитым самогоном проели кое-кому дыру в желудке. Буквально.

Ослепительно-яркая точка возникла в небе. Растянулась в сияющую полосу и ударила в бетон в нескольких десятках метров от корабля. В стену моего убежища застучали мелкие камни.
Выстрел с орбиты!
Ещё один, и ещё. Снаряды ложились вокруг, вздымая облака мусора. Толпа бросилась бежать.

Когда улеглась пыль, я побрёл к побитому, закопчённому, обсыпанному грязью и почему-то уже не казавшемуся таким чужим фрегату. Переступая через брошенные грабли, вилы и бутылки, прошёл первую воронку.
Снаряды легли идеальным кольцом, через каждые пять метров. Точность для человека немыслимая… а роботам такое оружие просто не выдают. Стрелял пилот-капсулир.

Переговорное устройство у двери было искорёжено и не работало, пришлось стучать камнем.
- Пошли к … матери, мерд! и далее целый абзац отборного мата.
- Это я!
- Кто?
- Датчик твой!!! Об этом маленьком секрете мы никому, конечно, не говорили. В деревне считали, что планетолог ходит ко мне исключительно в распутных целях.
- У меня люк застрял… - Печально сказала она. Сволочи, такой корабль!
- Щас найду чего-нибудь, подковырнём.

Полицейский десант нашёл её плачущей у меня на плече. Посмотрели с недоумением, спросили, всё ли в порядке и не желаем ли свалить отсюда, покрутили пальцем у виска на отрицательный ответ, и отбыли.

Местные больше не приходили. Ни с ремонтом, ни с погромами. И не пропадали. Ввиду сгоревшего шаттла, и того факта, что самогонные аппараты были изготовлены именно из её датчиков, жили мы теперь в обломках фрегата.
Через пару дней я узнал, что Эмпайр Майнинг выплатили мне компенсацию за моральный ущерб. Очень хорошую, почти половину от того, что потеряли бы, подай я на них в суд. При условии, что пересужу капсулирскую корпорацию, ха-ха. Деньги я взял.

У меня был план.
Вместе с компенсацией, и небольшим кредитом, и некоторыми сувенирами прихваченными с разудалой пиратской окраины, выходило, что я могу купить собственный планетарный центр. На тропических островах в районе экватора бактерий практически столько же. Мы не купим себе бессмертие, не хватит, но сорок-пятьдесят райских лет - вполне тоже неплохо.
Я сказал ей, когда грузовик с комцентром уже входил в атмосферу. Было это утром, она варила кофе (не поручать же автоматам). По замечательному галлентскому обычаю, не одеваясь с утра.
Она сначала не поняла, о чём я. Потом задумчиво сидела минут пять, уперев лицо в ладони.
- Пойдём, чего покажу.

Дверь с надписью "Главный щит управления" отошла в сторону. Этого отсека я ещё не видел.
Это было не похоже на щитовую. Большая, очень светлая, четыре на пять метров, наверное, комната. Шкаф с одеждой, робот-автомедик, душевая кабина с полотенцами.
...И ложемент с капсулой. Это был капсульный корабль. То-то пульты управления такие новые. Ими и не пользовались никогда.

Я идиот. Я ведь ещё на комцентр и кредит взял. Теперь сойду с ума на тех островах, зарасту диким волосом, забуду человеческую речь, и когда прилетит баржа, убью пилота дубиной и съем, и Конкорд найдёт меня глодающим человеческий мосол. И они меня застрелят...
Мои невесёлые мысли вдруг прервали.

- Эй, эй! - потрепала она меня по руке. Ну, капсулиры я, да. Но ты ведь практически починил мой корабль, так?
У неё был растерянный и виноватый вид. Глупость какая, рано или поздно всё равно бы я узнал. Добрался, наконец, до этого отсека и понял. Всё пошло прахом. Да и в чём её винить - в том, что ей когда-то сказочно повезло, стать одной из миллиона?
Она бессмертная, сказочно богатая, кем я ей могу быть? Сувениром? Это не для меня. Взбешусь.

Но, действительно, хотя страховка за фрегат исправно пришла - с забавной формулировкой "Attacker: Angry mob", его повреждения оказались поправимыми. Хотя и выглядел он после использования сварки и налутанных материалов с космодрома, ну, скажем, по-матарски. Взлететь мы могли.
И что с того?

У неё тоже был план.

Корабль в космосе считается погибшим с момента, когда падает защита двигателя. И это правильно, после дестабилизации ядра корабль только веником собирать. Но... Но вот откуда, например, берутся эти несметные полчища пиратской нечисти по окраинным системам? Да очень просто. Собирают обломки и чинят - один раз, два, пять... Продать такой самострой нельзя, а вот летать на нём, нападать на шахтёров - очень даже можно.
А вот если кто-то сумеет восстановить капсульный корабль... Тогда нам очень нужен этот человек.

- Будешь варить мне кофе. И чинить мои корабли.
- Я отвратительно варю кофе.
- Зато хорошо чинишь корабли.

"А ещё я впервые за долгие годы не ощущаю. себя бессмертной - вместо этого я чувствую себя живой."
Этого она вслух не сказала.

@темы: EVE Online